June 30th, 2015

Кухня

Бабушкино варенье.

Летний полдень. Одесса. Мне лет десять - одиннадцать.
Мы с бабушкой едем в стареньком громыхающем трамвае с 16-й станции Большого Фонтана, где у бабушки с дедушкой был небольшой сад и крошечный домик в 9 квадратных метров, громко называющейся дачей.  У наших ног стоит большое ведро и корзина с абрикосами, только что собранными в саду.
Абрикосы румяные, но с зелеными бочками. Пока мы добираемся до нашего дома в Отраде, бочки исчезают и все абрикосы становятся одинаково оранжевыми.
Мы спешим – абрикосы зреют на глазах (как говорила бабушка, "перегорают"), а нам нужны крепкие, чтобы сварить знаменитое бабушкино варенье.
Бабушка надрезает сбоку каждую ягоду и достает косточку. Я сижу рядом с молотком, разбиваю косточки и очищаю их от коричневой шкурки. Белые косточки складываю в миску. Они такие вкусные! Но я их не ем – каждое ядрышко на счету! Бабушка вкладывает чистые ядрышки в абрикосы, складывает абрикосы в таз и засыпает сахаром. Сахар покрывает абрикосы белой шубкой, напоминающей снег. Бабушка закрывает таз марлей от вездесущих мух и ставит его в угол.
До вечера абрикосы лежат в тазу, сахар тает точь-в-точь, как снег весной, опускаясь на дно таза - это абрикосы постепенно отдают свой душистый сок, погружаясь в сладкую ванну. Бабушка иногда подходит к тазу, снимает марлю и аккуратно перемешивает осевший на дно сахар.
Поздно вечером бабушка сливает сок в медный таз и несет его на кухню.
Кухня коммунальная, одна на пятерых хозяек, и вечером все примусы и керогазы полыхают огнем, на каждом стоит такой же таз, как в руках у бабушки. Сладкие ароматы накрывают входящих с головой и сбивают с ног, как сильная морская волна.
Бабушка разжигает примус, ставит таз и ждет, пока сироп не начинает кипеть. Выкладывает в сироп абрикосы и варит их недолго, слегка потряхивая таз, чтобы ядрышки не выскочили из абрикосов, и снимает пенку. Она складывает пенку на блюдце и отдает блюдце мне. Пенка – это мой приз! Я слизываю ее с блюдечка, как котенок, без всякой ложки.
Collapse )